ПМЭФ-2022: к чему привели дискуссии на завтраке «Сбера»?

ПМЭФ-2022: к чему привели дискуссии на завтраке «Сбера»?

0 24

Основной день Международного экономического форума в Петербурге начался с уже традиционных дискуссий на деловом завтраке «Сбера». Как всегда, было много споров, но в этот раз участники назвали ее одной из самых злободневных на этом форуме

ПМЭФ-2022: к чему привели дискуссии на завтраке «Сбера»?

Деловой завтрак Сбербанка на ПМЭФ-2022 в этот раз оставил двоякое впечатление. С одной стороны, повестка действительно беспрецедентная, и, как несколько раз искренне удивлялся глава Сбербанка, модератор завтрака Герман Греф, в России никому не нужна валюта — когда такое было. И теперь оказывается, экспорт — это зло, а импорт — панацея.

«За три месяца произошел радикальный слом. То, что считалось главным и важнейшим, — экспорт — сегодня становится ядом для экономики, импорт, что всегда считалось, что импортозамещение нужно выталкивать с максимальной стороны, становится главным лекарством от болезни переукрепления рубля и уничтожения национального производства — все перевернулось».

То есть ситуация действительно беспрецедентная, и собравшимся было о чем поговорить, но по итогу это все равно свелось к двухчасовому разговору о том, что России нужна свободная рыночная экономика без барьеров и излишнего административного давления и так далее. Интересным можно назвать некоторые термины, цитаты и сами диалоги. С самого начала Греф задал повестку, поставив вопрос, нужно ли России просто развернуть «трубу на Восток» или все-таки необходимы структурные изменения в экономике. Менее трети проголосовали за «трубу на Восток», 72% высказались за диверсификацию. Потом Греф спросил, а как все-таки будет по-настоящему. Тут уже разброс оказался 40% на 60%. Дальше и пошли споры. Министр экономического развития Максим Решетников сказал, что процесс диверсификации уже пошел и не надо «шарахаться». На что Греф тут же возразил, что «шарахаться» как раз придется.

Решетников:«Нам нужно дальше заниматься тем, чем мы можем заниматься эффективно. И нам нужно искать новых партнеров, в том числе по импорту оборудования. Да, он должен сократиться, у нас должны появиться свои технологии. Это не значит, что мы сможем производить всю линейку всех технологий для рынка. Этого недостаточно даже для того, чтобы произвести и полностью обеспечить среднемагистральный самолет с окупаемостью исключительно за счет рынка, даже его придется дотировать».

Дальше было много споров о том, нужно быть реалистами или мечтателями, равны ли планы мечтам с разными аргументами. Опять бизнес и финансовый регулятор поспорили о дешевых деньгах. Бизнес в лице уполномоченного при президенте по защите прав предпринимателей Бориса Титова попросил эти дешевые деньги немедленно все раздать, а в Минфине и ЦБ традиционно отвечали, что деньги просто так не дадут. Вообще, эту ветвь дискуссии можно подытожить цитатой министра финансов Российской Федерации Антона Силуанова о том, что «мечтателей у нас много, а баланс должен [сохраниться]».

Зампред ЦБ Алексей Заботкин поспорил с Максимом Решетниковым о том, действует ли в России сейчас дефляция, на что тут же отреагировал депутат Госдумы Андрей Макаров, он едко подметил, что единство команды правительства его, конечно, впечатляет.

«Реальность пока — это Lada Granta, которую мы собираемся выпускать. Она будет стоить дороже, чем Lada Granta с полным набором, который у нее был. Это уже даже объявили. Это у нас называется теперь упрощение. Если мы подходим к трансформации как к упрощению, мы неминуемо скатимся в деградацию. У нас в стране никто ни за что никогда не отвечает».

Надо сказать, что Макарову традиционно была отведена роль «плохого парня» на завтраке Сбербанка, от которого доставалось и бизнесу, и власти. В итоге все более или менее сошлись на том, что диверсифицировать экономику придется в любом случае, сошлись на том, что все-таки это получится. Вопросы возникали разве что к скорости принятия решений властями и бизнесами. Там спорили Греф и глава «Северстали» Алексей Мордашов о том, кто должен реагировать быстрее:

Герман Греф: Мы сидим, и ждем, и говорим: давайте, правительство, быстрее, все возвращается в бизнес, давайте быстрее принимайте решения, покупайте импорт, принимайте решения, куда инвестировать, тогда и курс выровняется.

Алексей Мордашов: Мы, поверьте, рациональны. Мы каждый день действуем, чтобы сделать ровно то, что вы говорите.

Герман Греф: Действуете медленно.

Алексей Мордашов: В тех ограничениях, в которых мы оказались, быстрее как-то не получается.

В конце завтрака Герман Греф провел повторный опрос про «трубу на Восток». По итогу завтрака оптимистов прибавилось, и уже 68% собравшихся сочли, что структурные изменения в экономике, о которых на ПМЭФ говорят каждый год на протяжении 25 лет, на этот раз удастся осуществить.

Глава «Сбера» Герман Греф в ходе завтрака заявил, что рубль в июле еще будет укрепляться, но к концу года опустится в диапазон 70-75 за доллар. Что российский банковский сектор в текущем году в целом будет убыточным, а российская экономика, если ничего не делать, вернется на уровень 2021 года только через десять лет. Также, по словам Грефа, на страны, которые ввели санкции, приходится 56% российского экспорта — из-за этого под угрозой оказалось 15% ВВП. Поэтому ожидается, что ВВП России в 2022 году упадет на 7%, а в 2023-м — еще на 10%. Сам Сбербанк рассчитывает, что в ближайшее время в России будет создана эффективная система, которая компенсирует отключение от SWIFT.

Рубль на этих заявлениях слабеет, доллар подорожал почти до 57, а евро до 60.

Источник

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Оставить комментарий

восемнадцать − десять =